Дилогия о «Хирурге»

Квартира по необходимости

Замок на двери оказался очень простой. Полминуты работы, если конечно есть инструменты и навык. А у меня имелось и то и другое. Кто я? Я вор домушник. За точный расчет и аккуратное вскрытие различных запирающих устройств будь то механические или электронные, или смешанные, меня в моем мире прозвали “Хирургом”. Но в эту квартиру я влез не ради наживы. По моим прикидкам тут и взять нечего. Мне просто нужно где-нибудь пожить некоторое время, прийти в себя и решить, как жить дальше. Вот я и выбрал эту квартиру на третьем этаже. Две ночи подряд здесь не включали свет, да и на дверной ручке слой пыли. Похоже здесь никто давно не живет.

Итак, я вошел в квартиру. Аккуратно осветил всё фонариком. Свет решил не включать. Полный осмотр проведу завтра днем. Лег на диван и уснул. Проснулся в одиннадцатом часу утра. Сварил макароны с тушенкой и плотно позавтракал. Приступил к генеральному осмотру квартиры. В квартире было довольно чисто, за исключением пыли, но предметы одежды были беспорядочно раскиданы повсюду, словно кто-то производил здесь обыск и делал это очень неаккуратно. Я убрал одежду в гардероб. Вся одежда была женской и примерно одного размера.

Квартира была так себе. Двухкомнатная “хрущевка”. Но было в ней и преимущество. Отсутствие общего коридора, дверь выходила на лестничную площадку, а это означало отсутствие лишних глаз. Судя по календарю, квартира пустовала уже два месяца. Позавтракав, я решил проверить холодильник, и здесь второй раз в жизни не оправдал своей репутации. Едва я открыл дверцу холодильника, как ко мне под ноги с оглушительным звуком посыпались различные банки, тарелки, кастрюльки, создавая страшный шум и обдавая меня не менее страшными ароматами.

Давно я не попадал в такое дурацкое положение. Но случившиеся оказалось еще не самым худшим. Я не успел еще перетаскать всё это в ванную, как в дверь позвонили.

— Это ты Оля?! Ты уже вернулась?

Я попытался прикинуться глухим. Не проканало. Исходя из логики это была соседка с нижнего этажа. Она была из той породы бабушек-бультерьеров, которые схватив добычу уже никогда её не отпустят. Но что было делать? Продолжать держать дверь закрытой – так она весь дом соберет. Открыть дверь и двинуть чем-нибудь в лоб? Жалко. Тогда я просто спокойно открыл дверь:

— Кто вы? – настороженно спросила бабуля, увидев меня и сделав при этом два шага назад с четкостью часового почетного караула.

— Я друг Ольги, Сергей. Она скоро вернется, вот я и пришел немного прибраться в квартире – ответил я с улыбкой.

Да-а-а… — задумчиво сказала бабуля и стала спускаться вниз к своей квартире, не переставая через плечо оглядываться на меня на всякий случай. Видимо боялась, что я могу решить сложившееся недоразумение совсем не мирным способом.

Проводив бабулю, я продолжил заниматься наведением чистоты, но мое благородное занятие вскоре опять прервали. Снова звонок в дверь. Вот тебе и пустая квартира…Неужели вернулась та самая Оля? Ну что ж будь что будет.

Я вновь открыл дверь. Но действительность оказалась намного хуже. На пороге стояли два милиционера. Сзади них, словно загранотряд, чтобы отрезать им путь к отступлению, была видна бабулька с нижнего этажа. Недооценил я выходит бабульку. Вот тебе и “Хирург”. Меньше чем за полчаса второй такой косяк.

— Ваши документы! — строго потребовал старший из ментов.

Хотя особо настороженными менты не выглядели. Ну какой домушник залезет в чужую квартиру чтобы помыть там посуду?

— Пожалуйста, один момент — сказал я и пригласил ментов в квартиру — да вы входите…

Я полез в карман пиджака и достал… Что бы вы подумали? Не паспорт, но и не пистолет. Я достал офицерское удостоверение. Прием на мой взгляд отличный. Поддельный паспорт они по своей ментовской базе пробьют, а удостоверение офицера, попробуй. К базе министерства обороны у них доступа нет. В общем посмотрели они моё удостоверение и успокоились, а на прощание один из них так жалобно посмотрел на меня и слегка хлопнув по плечу сказал:

— Держись брат

Честно говоря, от этого жеста и его слов опешил сильнее, чем если бы они меня вдруг связали по рукам и ногам и обвинили бы в убийстве этой самой Ольги. Что всё что чёрт возьми значит? Я проводил всю троицу и задумавшись стоял на пороге открытой двери, как бабулька вдруг снова поднялась ко мне на этаж и сурово глядя мне в лицо прошипела:

— А всё-таки ты урка, а не офицер. Меня не обманешь – и стала спускаться вниз, но почему-то не оглядываясь как в первый раз.

Посуду я всё-таки всю перемыл, холодильник разморозил и тоже вымыл. После этого вымылся сам и стал смотреть телевизор. К чему теперь тайна, когда засветился по полной. Вечером опять звонок в дверь. Похоже этот день никогда не кончиться. Кто интересно на этот раз? Может сама Ольга? Открываю.

На пороге всё таже бабулька. Правда на этот раз с широкой улыбкой и большой тарелкой свежевыпеченных пирожков. От запаха пирожков кружиться голова, устоять не могу и поэтому приглашаю бабулю в квартиру делая вид, что мы с ней давние добрые друзья.

— Не знаю кто ты доводишься Оле, но поговорить мне надо с тобой сынок – обращается ко мне бабуля.

Я оказывается для неё уже не урка, а сынок. Отвечаю коротко, что я старый Олин знакомый, потому что никаких других данных об Ольге у меня нет.

— Ольга девушка гордая – начала рассказ бабуля (кстати звали её Евгения Ивановна) – всё искала идеал, а подвернулся подлец конченый.

Тут Евгения Ивановна ввернула такое, что я ни на одной пересылке ни разу не слышал:

— Прости сынок за выражение. В общем вздумала моя голубушка отравиться. Приняла таблетки, она ведь врачом работала, так бы и погибла да вспомнила, что я просила её укол сделать. Вот она из последних сил вышла за дверь и упала. А у меня, несмотря на старость, слух хороший. Сам, наверное, уже знаешь. Да ты ешь, ешь пирожки. В тюрьме небось такого не готовят. Тут приехали врачи – бабуля вновь сделалась грустной.

— Но Ольга выжила? – невольно вырвалось у меня. Третий косяк за день. Я уже не “хирург”, а “медбрат” какой-то.

— Выжить то выжила, но поместили её в психиатричку и до сих пор её держат там. Вот такая история – закончила она со слезой. – Ты коль действительно неравнодушен к ней помоги ей встать на ноги. Поддержи её. Может договоримся как взять из дурдома её на поруки. Хотя что я несу, дура старая, с твоей липовой ксивой только на поруки кого-нибудь брать… — уныло закончила Евгения Ивановна.

— Да у меня офицерское удостоверение, я майор Российской Армии… — возмутился я вполне серьезно.

— Да какой-ты к черту майор. — горько усмехнулась бабулька. – Это ты этих лохов зеленых сумел провести. Я-то заметила, как ты ловко закрыл кухонным полотенцем перстни на правой руке, а документ подал левой делая вид что ты левша.

— Да вам бы, Евгения Ивановна, только в разведке работать. – похвалил я бабулю.

— Там когда-то и работала – спокойно — ответила бабуля.

В конце концов, не придумав как вытащить Ольгу из дурки, мы решили просто завтра съездить её навестить. Бабуля предложила мне представиться её племянником.

— Ты хоть не в бегах? – грустно сказала бабуля

Да нет, освобожден законно. — успокоил я бабулю.

— А зачем тогда ментам липу совал? — спросила она

— А что было бы если я им справку об освобождении сунул?

— Да ты прав. – согласилась бабуля

По дороге в дурку я спросил бабулю:

— А на самом деле племянник у вас есть?

Бабуля горестно махнула рукой.

— Был.

— Умер что ли? — спросил я

— Пропал без следа. Тоже вроде тебя был — с тоской ответила старушка – Может уехал куда в чужие края, а может убили.

— Искать не пробовали? – с сочувствием спросил я

— Подавала в розыск. Да без толку – ответила бабуля

По дороге в дурку я боялся, что нам не разрешат свидания. Но оказалось всё, наоборот. Нам разрешили забрать Ольгу домой. Видимо количество психов в стране намного больше, чем коек в дурках. Поэтому с лечением особо не затягивают. Ольга оказалась очень симпатичной девушкой лет тридцати. Мне она очень понравилась. Но говорила она как-то отрывисто. Было непонятно то ли это действие лекарств, то ли её депрессия еще не прошла.

Как после я узнал дело было втором. Мы привезли Ольгу домой и я, оставив бабулю с ней, отправился в магазин. Там я купил цветы, бутылку хорошего вина, конфет и ещё кое-что для того, чтобы первый ужин Ольги после возвращения был по-настоящему праздничным. Бабулька посидела с нами немного, выпила пару стопок и затем исчезла как весенний снег.

Мы с Ольгой остались вдвоем. Некоторое время мы сидели молча. О чём в самом деле нам было говорить? Двое чужих людей. Потом я вдруг сказал:

— Знаете Ольга я ведь вовсе не племянник Евгении Ивановны…

— А кто же вы? – спросила Ольга

Сказано это было довольно вяло. Видимо мысли девушки были заняты чем-то другим. И тут меня по-настоящему прорвало. Я стал рассказывать Ольге про свою жизнь. О том как с пятого курса мединститута, а я учился на хирурга, первый раз попал в тюрьму за превышение самообороны. Я ударил не того человека и не в то место. На зоне за драку получил второй срок. Потом вышел из тюрьмы и стал удачным вором. Получил в своей среде имя “Хирург” за то, что обделывал свои дела очень аккуратно. В конце концов попался, но не на деле, а после. Видимо кто-то выдал. Недавно освободился, но к друзьям не поехал, а решил залечь где-нибудь и обдумать свою дальнейшую жизнь. Так вот я и оказался в её квартире.

По мере моего рассказа лицо Ольги начало розоветь. Видимо девушка понемногу выходила из состояния полного безразличия к окружающему миру. Выговорившись, я замолчал, глядя на девушку и не зная, как она отнесется к моим словам. В ответ Ольга начала рассказывать про свою неудачную жизнь. Хотя по сравнению с моей она была, по-моему, намного удачливее. Она закончила мединститут и работала врачом-терапевтом. Но никак не могла найти себе спутника жизни. Тот, кто нравился оказывался уже женатым, а те, кто навязывался при более близком знакомстве оказывались какими-то пошляками.

Наконец нашла, казалось, свою вторую половинку, поверила, что он единственный, а он оказался полным подонком. Подробности рассказывать противно. И тогда она решила уйти из жизни. Желание это не прошло и после лечения в психиатричке. Кто её теперь возьмет на работу? Сумасшедший терапевт…Кому она теперь нужна?

— Мне, мне ты нужна… – сказал я взяв Ольгу за руку и глядя ей прямо в глаза.

— Я нужна тебе как изголодавшемуся зеку – горька усмехнулась Ольга

Что ж если ты так считаешь, то прощай – сказал я и встал из-за стола — Можешь хоть топиться, хоть вешаться. Мне все равно – добавил я затягивая куртку. Я открыл дверь.

В голове пронеслось: “Видно не судьба…”

— Постой Сергей. Прости меня. Останься. – Ольга подбежала к двери и крепко схватила меня за руку.

В общем спали мы вместе, крепко обнявшись, но без всякого интима, как маленькие сестра с братиком. Мы оба чувствовали хрупкость наших отношений и оба боялись разбить их какой-нибудь случайной бестактностью. В дальнейшем наши чувства окрепли, мы полюбили друг друга и стал вопрос как жить дальше с материальной точки зрения. Идти снова воровать не хотелось. Что оставалось? Открыть частную клинику? Сумасшедший терапевт, недоучившийся хирург с тремя ходками и бабуля начальник службы безопасности? Боюсь такое не прокатит. Ведь не дадут лицензию…

Короче я всю голову сломал и наконец осенило. Был у меня кореш Боря Фельцман. Выручил я его однажды ещё в лагере. От большой беды спас. Боря божился, что по гроб жизни благодарен мне будет. После отсидки Боря уехал в Израиль и по слухам стал там большим человеком. А что, если нам с ней махнуть к нему, да и бабку с собой взять. Пусть старые кости погреет как следует. Вот вопрос дадут ли мне визу с моей, такой богатой приключениями биографией. Хотя бы туристическую получить, а там посмотрим. Ну ладно, решили попробовать. И тут мне повезло второй раз в жизни за такое короткое время.

Подходим мы к посольству Израиля. А у ворот останавливается шикарный лимузин и из него выходит Боря Фельцман собственной персоной.

— Боря! — кричу ему, а сам думаю, может он и забыл уже про всё, а тогда в лагере слова так, по горячке были сказаны. Но нет. Боря не забыл. Бросился обниматься.

А потом не только с визой помог, а помог и устроиться в Израиле. В общем я и Ольга проходим переподготовку в местном мед институте, а после будем работать по специальности. У Бори оказались большие связи, он даже каким-то образом сделал так что мне выдали Российский диплом хирурга. А бабуля греет косточки. Она это заслужила.

В общем с прошлым казалось покончено, но как оказалось отпускать оно меня еще не хочет и через несколько лет, мне все-таки пришлось вернуться в Россию.

 

Возвращение “Хирурга”

Прошло немного больше двух лет и вот я снова в России.  “Господи, какая всё-таки радость — это вечно хмурое небо. Как прекрасен этот мелкий холодный дождик, который может идти, не переставая по трое-четверо суток, доставляя особое удовольствие тем, что невероятно быстро проникает внутрь даже хорошо начищенных ботинок” – подумалось мне.

Вернулся я в Россию по просьбе, а вернее сказать по отчаянному зову, моего старого друга и бывшего одноклассника, Витьки Петрова. Он работал в одной крупной частной фирме начальником службы безопасности. Помогло ему получить такую солидную должность одно недоразумение…

На свою нынешнюю должность Витя попал совершенно неожиданно. Все дело в том, что он был астрономом по образованию и по жизни.  Когда разваливалась СССР и наблюдение за звездами стало никому не нужным, Витя оказался в совершенно бедственном положении. Ничего другого делать как внимательно и со знанием дела смотреть в небо он не умел. Пришлось пойти работать охранником. И тут Витя оказался не на месте. Он постоянно забывал номера машин и путал имена начальников. И быть бы Вите на улице, но его спас случай.

Приехал самый главный босс. Вышел из машины в сопровождении телохранителей, Витя выбежал навстречу, споткнулся наступив на свой же развязанный шнурок, сшиб босса и упал на него. Одновременно с падением Вити раздался выстрел, пуля пролетела мимо лежащего в объятьях Вити босса и попала в иномарку. Короче через полчаса после произошедшего Витя стал начальником охраны. Вот такая история.

Ещё когда мы учились в школе, Витька почему-то привык обращаться ко мне со всеми своими проблемами, словно я был его старшим братом, хотя мы были одногодками и я был старше Витьки всего на неделю.

Вот эта неделя и была, по-видимому, роковой, заставляя и меня чувствовать почему-то Витьку своим младшим братом и помогать ему в решении проблем. Из Израиля я писал письма только ему. Месяца два назад Витька пожаловался на неприятности на работе, а неделю назад позвонил и слезно умолял меня приехать, обещая оплатить мне все расходы.

И вот я в Шереметьево. Беру такси называю “липовый” адрес и еду. Через некоторое время прошу водителя остановить. Он смотрит на меня настороженно. Вокруг никаких построек, только лес. Хорошо хоть, что он не видит моих перстней (я в перчатках), а то бы он, наверное, уже сунул в меня шокером или плюнул из перцового баллончика, не задумываясь о том, что мы находимся в замкнутом пространстве. Но я щедро расплачиваюсь и испуг водителя уходит. Остается лишь недоумение.

Всё это я делаю, точно следуя Витькиным инструкциям. Не проходит и двух минут как на дороге появляется автомашина с Витькой за рулем. Я быстро сажусь. Витька дает газу и разворачивается через две сплошные полосы.

-Да, давненько я на родине не был. Смотрю у вас тут правила ПДД сильно изменились – говорю я Витьке

-Да я так на всякий случай. Хвост отсечь – оправдывается Витька

-А если менты? – интересуюсь я

А машина не моя, числится на фирме. Контора все мои штрафы без проблем оплачивает – говорит Витька

По дороге о делах не говорили, словно чувствуя, что сейчас не время. Наконец приезжаем на квартиру. Витька сразу начинает извиняться:

Прости, что к себе не приглашаю. Возможно, моя хата под наблюдением.

-Ничего – успокаиваю я своего младшего братишку – было бы жилье боле-менее сносным. Я ко всему привык.

Входим. Трехкомнатная квартира с евроремонтом оказывается более чем сносной, как и накрытый Витькой стол. После довольно изысканного обеда, во время которого правда мы с Витькой на спиртное особо не налегали, чувствуя важность предстоящего разговора.

В общем так – начал Витька – В течении последних двух месяцев из фирмы происходит утечка очень важной информации. Как я ни старался, но обнаружить источник так и не смог. Очень прошу тебя помоги. Я этого тебе вовек не забуду.

-Витя, пойми, я не контрразведчик и в таких вещах мало понимаю – ответил я Витьке

-Но ты же, прости меня, считаешься в определенной среде большим специалистом по части борьбы с электронными системами охраны – сказал, глядя на меня Витька и хитро прищурил левый глаз.

-Ну что же? — не стал я отказываться – Если речь идет только об электронном шпионаже, то тут я готов помочь

Хорошо. Другого ответа я от тебя и не ждал. Ведь ты всегда меня выручал — обрадованно воскликнул Витька – Вот здесь – он достал из портфеля папку – Чертежи здания и схемы прокладки различных кабелей. Сколько тебе понадобиться времени изучить всё и предположить, где можно было поставить какой-нибудь жучок

-Заезжай завтра вечером, тогда поговорим – сказал я Витьке

Этот и весь следующий день я гонял “Барбариски” (отвыкаю курить по просьбе Ольги) но единственным результатом было то, что я досконально запомнил план, не очень большого в общем то шестиэтажного здания и схемы прокладки кабелей. Я чувствовал себя дураком, потому что сразу не спросил у Витьки про систему охраны здания. Сколько охранников, как часто они делают обходы. Кто отвечает за трансляцию с камер наблюдения и т.д. А самое главное какова важность уходящей информации.

Вечером приехал Витька и рассказал мне всё про систему охраны.

-Скажи, насколько важна утекающая информация и как много человек имеют к ней доступ – спросил я Витю

-Информация очень важная – это предельные цены, которые фирма может предложить, некоторые наши поставки, неизвестные конкурентам, патенты, которые мы собираемся купить и т.д. Владеет этой информацией всего пять человек, включая нашего шефа -ответил Витя

Обозначь пожалуйста на плане их кабинеты – попросил я Витю – и ещё одно. Надо сделать так чтобы я смог лично осмотреть здание, скажем под видом пожарного инспектора.

-Без проблем. Хоть завтра – легко согласился Виктор – Дело в том, что я пригласил тебя с согласия шефа. Так что он в курсе и проблем с посещением не будет.

-Кто ещё кроме тебя и шефа знает обо мне? – спросил я Витьку

-Больше никто… — твердо заверил он

-Что ж, хорошо если так. Надеюсь твой шеф не болтун? – спросил я Витьку

-Федор Федорович, кремень – к тому же реально коммерческий гений – сказал Витька

-Гений по части кого-нибудь облапошить? – спросил я

Витька как-то сник.

-Ладно забудем — сказал я

На следующий день я с утра обследовал здание. Ничего нового для себя я не нашел за исключением поведение шефа. Он вроде как заискивал передо мной. Это меня несколько удивило, и я подумал, что не сам ли он сливает информацию своим конкурентам, имея какой-нибудь дальний расчет. Но как позже выяснилось дело было совсем в другом — Витька представлял меня своему шефу как технического консультанта израильской “Моссад”. Ну и сволочь! После осмотра я спросил:

-А как окончательно принимаются решения по ценам?

-Это делается на узком совещании в составе пяти человек, во главе с шефом но, кабинет шефа, как и все остальные помещения постоянно проверяются на наличие жучков, все сотовые телефоны кладут в сейф. Мало того каждого из них проверяют перед совещанием на наличие жучков, но ничего подобного пока не обнаружили – сказал Витька

-А не может ли кто-то из них сливать информацию? — спросил я Витьку

Да маловероятно – ответил Витька – все они давно в фирме, имеют большое количество акций, хорошие оклады, а также процент со сделки.

Я задумался.

-Пойдем выпьем кофе, что ли… — сказал Витька

И этой пустяковой фразой он разбудил во мне какую ту искру озарения. “Главный”, то есть мой мозг еще не осознал этого, но где-то на низовых участках уже шла вовсю работа мысли.

-Давай лучше поднимемся на крышу – попросил я Виктора

-На крышу? Зачем? А впрочем, давай поднимемся. Только через 15 минут – он глянул на часы

Почему через 15 минут? – удивился я

А там шеф проводит совещание – ухмыльнулся Витя

Как? Ты же говорил, что все совещания он проводит у себя в кабинете? – в недоумении спросил я

-Так это с сотрудниками. А на крыше он совещается сам с собой. Сам с собой спорит, ругается, обзывает себя по-всякому, а потом в конце концов приходит к решению, которое всегда оказывается правильным. – сказал Виктор

-И говорит он это всё вслух? – спросил я

-Конечно вслух, и даже очень громко. Откуда иначе я бы об этом узнал – ответил Витя

Вскоре мы оказались на крыше. Там был большой зал с огромным зеркальным пуленепробиваемым экраном. В окнах имелись открывающиеся фрамуги тоже, разумеется, из пуленепробиваемого стекла. Они в любую погоду были открыты. Шеф любил свежий воздух. Они открывались под наклоном внутрь.  Помещения и выстрел через них произвести было невозможно, но они и заинтересовали меня не с этой точки зрения.

-У тебя есть пара надежных толковых ребят?  — спросил я Витю

-Найдется — сказал он

-Сегодня ночью надо будет осмотреть окна. Надеюсь, ночью крыша останется без наблюдения шпионов – сказал я – искать будем примерно такое устройство – показал я фото Виктору и двум охранникам – Ваша задача только обнаружить его. В руки не брать.

Настала ночь. Мы начали осмотр. Вскоре один охранник позвал меня:

-Кажется я нашел что-то подобное

Мы все подошли. Да это был он, специальный микропередатчик с радиусом действия метров шестьсот, прилетевший сюда с помощью снайперской винтовки модернизированный специально для таких дел. Подобную винтовку мне однажды показывал Боря.

— В общем скажи своему Федору Федоровичу пусть он или ругает сам себя, не выходя из своего кабинета ил же продолжает говорить на крыше, но говорит неправду – сказал я Вите на прощание, когда мы спустились с крыши.

Но как оказалось сам себе говорить неправду Федор Федорович не может, он горазд лишь обманывать других. Поэтому теперь он по совету Витьки (и моему тоже) ругается сам с собой только в своем собственном кабинете. Я же от него получил приличный гонорар за проделанную работу, а вот от Витьки клятву, что он до гроба не забудет о моей услуге.

Меня нельзя никак назвать рыцарем без страха и упрека, но что-то в моей голове перемкнуло, вероятно последствия старой лагерной драки и весь свой полученный гонорар, за вычетом командировочных расходов (в этом видимо сказались два года проведенных в Израиле) я отправил в один из собачьих приютов. Мне как-то однажды пришлось скрываться там и даже завести небольшой роман с одной из ветеринаров, и я знал, что там работают люди добрые и честные.

Так что прощай милый дождик, а я улетаю к проклятому ясному небу с его невыносимой жарой. Правда перед расставанием Федор Федорович говорил, что готов хоть сейчас сделать меня своим заместителем по аналитике. Но у меня осталось еще много дел, да и какой я к черту аналитик?

Я “Хирург”, просто хирург.

 

 

 

 

0